"Она останется у нас навсегда..."


Рождественская всенощная порадовала сердце Тамары. Службу простояла легко. Но только вышла из храма в ночь, как ее охватила прежняя печаль. Бездетность - худшее наказание, какое могло только быть в ее жизни. Первый муж потому и бросил, что не смогла родить ему ребеночка.

Сердце рвалось на части...

Со вторым, Василием, два года как обвенчались, а деток все нет. Врачей всех обошла, те только руками разводят - здорова. Обследовали Василия - и здесь порядок. Тамара бы, наверное, умом тронулась, да Господь не дал. На каждой исповеди батюшке каялась в том, что не может нести больше этот непосильный крест - бездетность. Батюшка нашел для нее послушание: нянечкой в детское отделение к брошенным деткам пристроил. Полдня Тамара в аптеке работала фармацевтом, а потом спешила к своим подопечным. Но и там тяжко ей было. Одно то, что вынуждена была смотреть на детские страдания, уже разрывало сердце на части. Бывало, только прикипит Тамара к какому-нибудь мальчонке или девчушке, так обязательно найдутся усыновители. И радуется, с одной стороны, что в семью сиротку забирают, а с другой, чувствует себя так, будто своего ребеночка отдает в чужие руки.

...Снег хрустел под ногами. На чистом небе горели крупные звезды. Упала она на колени возле тонкой березки, укутанной снегом, и, подняв глаза в черное, усыпанное звездами небо, почти закричала: "Господи, сжалься, пошли мне утешение!" И долго не вставала с колен, читая молитвы. Домой добралась к утру. Василий спал. Она затеяла пирожки, стала разделывать мясо, готовить салат - ждали сегодня гостей. По дому потянулся вкусный запах. Вышел Василий. Она улыбнулась и чмокнула его в щеку: "С Рождеством, Васенька! Я сейчас тут похлопочу и сбегаю в детское, а к обеду вернусь, ладно?" Василий кивнул.

Тамара решилась взять Верочку домой

"Ужас-то какой! - тараторила медсестра Полина, встречая Тамару. - К нам девчушку двухлетнюю привезли. Она почти сутки сидела взаперти одна. А мать ее пропала сначала. Потом ее мертвой нашли в квартале от дома - пьяная замерзла. Так соседи не сразу услышали, что ребенок плачет, а потом уж милицию вызвали. Дверь ломали..." Вымытая, в чистеньком платьице малышка тем временем уплетала манную кашу. Тамара не могла на нее налюбоваться. Как она мечтала о такой вот доченьке. И тут она с ужасом взглянула на часы: уже двенадцать, сейчас придут гости! Но оставить Верочку здесь одну она не могла. Эта маленькая девчушка так доверчиво прижалась к ней, перебирая кисти ее шали. И тут Тамара решилась. Не выпуская из рук драгоценную ношу, она постучала в кабинет к педиатру. "Петр Петрович, можно я девочку возьму домой до завтра? А то как она здесь одна..." "Тамара Николаевна, это, конечно, нарушение. - Он сделал паузу, а сердце Тамары упало. - Но сегодня праздник, почему бы нет? Другому бы не разрешил, а вам... Вам можно". "Спасибо! Дай вам Бог здоровья!" Тамара со всех ног полетела домой, прижимая к груди Верочку. Девочка быстро согласилась идти в гости посмотреть на елку. Тамара еще не знала, что скажет Василию, родным. Знала одно, что девочку она никому не отдаст. Ни сейчас, ни потом.

"Сомнений нет - вы беременны!"

Уже дома, опережая вопросы мужа, Тамара твердо сказала: "Это Верочка. Она останется у нас навсегда! - И тут же добавила. - Ладно?" А он неожиданно широко улыбнулся и протянул руки: "Иди ко мне, малышка! Я покажу тебе, какую елку принес нам Дед Мороз". Ошалевшим от удивления родным Василий заявил: "Дочка к нам пришла!" Пока Тамара накрывала на стол, он ни на минуту не оставлял Верочку одну. А она, выбегая в очередной раз на кухню, не могла сдержать слез. И все крестилась на иконы, шепча: "Слава тебе, Господи!" Но на этом чудеса не закончились. Через два месяца, не смея верить, Тамара слушала доктора: "Сомнений нет - вы беременны!" Она чувствовала себя хуже некуда: слабость и тошнота не проходили ни на минуту, а от запаха лекарств в аптеке ее рвало по несколько раз в день. Но она была счастлива! Там, внутри ее, жило маленькое чудо. И ради того, чтобы оно появилось на свет, Тамара была готова вынести все, что угодно.

В этот год осень выдалась на редкость теплой. Березка, у которой на Рождество молилась Тамара, за лето сильно подросла. Ее тонкие ветки теперь гнулись под тяжестью золотых листьев. Кто-то под березкой поставил простую деревянную скамейку. Часто здесь можно увидеть женщину с младенцем на руках, а рядом веселую, шустренькую девочку примерно трех лет. Мимо этой троицы невозможно пройти, чтобы не улыбнуться. "С вас, Тамара, хоть картину пиши! - не удержалась однажды соседка, - Вокруг вон что творится! А посмотришь на вас - такое, слава Богу, утешение!"

[...]
Начало
[381] [ 382 ] [ 383 ] [ 384 ] [ 385 ] [ 386 ] [ 387 ] [ 388 ] [ 389 ] [ 390 ] [ 391 ] [ 392 ] [ 393 ] [ 394 ] [ 395 ] [ 396 ] [ 397 ] [ 398 ] [ 399 ] [ 400 ]

Информация с сайта: pv-gazeta.dp.ua