Сага об одиноком туфле


Они были похожи, как два брата. Оба ухоженные, сияющие, остроносые. Оба черные. А впрочем, они и были братьями-близнецами. Даже у близнецов, если приглядеться, обязательно найдешь отличие. Были они и у этих двоих - один из них был левым, а другой правым. Точнее, один был на левую ногу, а другой - на правую. В остальном эти братья-туфли были абсолютно идентичны.

Они были выпускниками престижной туфельной академии "Valentino". Понятное дело, что, имея такие данные, братья сразу же попали на службу. Работа была интересная, престижная и при этом не пыльная. Босс заботился о своей обуви: по тротуарам туфли не ходили - либо устланный коврами мрамор, либо дорогой паркет, а если идти было чуть больше 10 метров, босс вообще вез туфли на шикарном авто. Каждый уик-энд Валентино отправлялись на приемы, вечеринки, рауты и тому подобные мероприятия с халявной выпивкой.

Отношение к этим тусовкам у братьев было двоякое - с одной стороны, интересно пообщаться со старыми друзьями, завести новые знакомства, пофлиртовать с женскими туфельками, но с другой стороны... В этом скоплении народа часто подстерегали неприятности. Как-то раз хозяин немного перебрал и споткнулся на лестнице, при этом так вмазал носом правого Валентино о ступень, что бедняга чуть не потерял сознание. Бывало, что какие-нибудь зарвавшиеся туфли наступали на одного из братьев, но те привыкли работать в паре и, если кто-нибудь наступал на одного, то был сразу же атакован вторым.

Как-то на одной такой вечеринке братья познакомились с парочкой очаровашек чертовски сексуального алого цвета. Начало было многообещающим - близняшки подошли, было видно, что они чуть "навеселе", попросили прикурить и уже не отходили. Через пару минут Валентино были приглашены на танец. Алые сестренки были неугомонны: то кокетливо вертелись на невысоком, изящном каблучке, кружась в танце, удалялись от братьев, то неожиданно появлялись в такой близости, что братья ощущали их неповторимый свежий аромат. Такое откровенное заигрывание, на виду у всех, несколько смутило Валентино, но чем больше завистливых взглядов они ловили на себе, тем меньше оставалось сомнений. Лишь одна пара, старая, на плоской подошве, кажется "Salamander", осуждающе отвернулась. Когда гостей пригласили за стол, алые малышки разместились слева от братьев. Правая туфелька была в такой близости от левого, что он видел свое отражение в ее лаковой поверхности. Такая близость будоражила, сводила с ума. И тут кокетка прикоснулась к Валентино, прикоснулась нежно и требовательно. Затем придвинулась вплотную - кожа к коже.

В тот вечер братья словно парили над землей. Однако, буквально через две недели, когда Валентино снова встретили близняшек, одна из этих малышек, под столом, так долболызнула одного, а потом, для равновесия, и второго брата, что у тех чуть слезы не выступили.

После такого женского вероломства братья стали с подозрением относиться к заигрыванию молоденьких ярких барышень. К тому же вскоре в обувном шкафу появилась белая пара элегантных дамских туфель "Nino Rishy". Где бы братья не были, они знали, что всегда, в любую погоду, в любое время суток дома их ждут две "Rishy". Эта мысль согревала, как огонь камина, к которому хозяин ставил братьев, если попадал под дождь.

Казалось, ничего не предвещало беды... В тот вечер братья вернулись домой чуть позже обычного - день выдался тяжелый, полный суеты и беготни. Хозяин вытер с туфель пыль и поставил их в шкаф. Сон овладел братьями в тот же миг, когда их подошвы коснулись полки.

А утром... левый брат бесследно исчез. Правого чуть не хватил удар. Он разбудил "Ричи", но и они ничего не знали. Хуже того - правая "Ричи" закатила истерику, крича что-то непонятное о дворниках и зове предков. Правый совсем пал духом. Оставалось надеяться, что хотя бы босс каким-нибудь образом прояснит ситуацию, но тот просто надел оставшийся туфель и пошел на работу. Правый чувствовал себя очень, очень странно - всю жизнь он привык видеть рядом с собой свою половину, своего брата-близнеца, свое зеркальное отражение. И вот отражение исчезло, а он остался. Зачем остался - непонятно. Зачем-то утром выходил из дома, зачем-то ездил на машинах, бегал по лестницам и всегда, везде рядом с ним не было никого, лишь полное одиночество и вселенская тоска.

Прошло четыре года. Правый туфель (хотя какой там "правый", "правый" подразумевает, что есть и левый). Так вот - правый туфель постарел, покрылся морщинами, кое-где вытерлась краска.

Свою интересную, но уж слишком беспокойную службу, он сменил через пару месяцев после того случая. Теперь он больше бывал на свежем воздухе, больше ходил пешком и никогда никуда не спешил. За эти годы одинокий туфель так и не обзавелся парой. Он считал это сродни предательству памяти брата, и когда старый хозяин нашел ему темно-серого левого компаньона, так уделал беднягу, что серого пришлось выбросить. Нелегко было одному, ох нелегко. Но время шло, а туфли, как известно, ко всему привыкают. Со временем, черный даже стал находить плюсы в своем положении - по крайней мере, он надеялся только на себя, а значит, и подвести его никто не мог.

Как-то осенью пошел престарелый Валентино прогуляться в парк - хотелось насмотреться на мир перед тем, как его на всю зиму упрячут в кладовку. Неспешно, любуясь осенними красками, шел черный по вымощенной брусчаткой парковой дорожке. Вдруг мимо промчалось что-то странное. Определить это "что-то" черный не мог, но оно показалось ему до боли знакомым. Черный оглянулся. Странный незнакомец резко остановился и тоже повернулся к черному. В сознании Валентино, как молния, сверкнула мысль: "Это же мой левый брат-близнец!" Правый подошел поближе. Время изменило облик "брата". У него была новая подошва, виднелись швы - память об операции, лицо покрыла сеть морщин. Левый сделал несколько шагов вперед и улыбнулся.

- Ну, здравствуй, брат!

- Когда-то для общения нам не были нужны слова, - правый вздохнул и, поддев носком ворох листьев, поднял их в воздух, - теперь все изменилось.

- Я искал тебя, - левый все так же улыбался.

- Зачем?

- Когда я ушел - это было необходимо. Необходимо нам обоим. Мы были всего лишь парой туфель. Одной из миллиарда. Да и между собой - "левый", "правый" - это были единственные наши отличия. Тебя не угнетала такая общность?

- Не знаю, как-то не задумывался.

- Мы должны были расстаться, чтобы обрести индивидуальность, а затем соединиться, но не благодаря воле Упаковщика, а по собственному желанию. Ты готов?

Левый туфель подмигнул правому и встал, как когда-то давно, с левой стороны. Сердце старого защемило. Левый сделал шаг и остановился, ожидая, когда за ним последует его брат. Все естество, все инстинкты кричали правому: "Ну же, шагай!" Но тот смог удержаться на месте.

- Давай, брат, идем со мной! - крикнул левый. - Зачем? - престарелый Валентино поднял застежки в картинном недоумении, повернулся на стесанном каблуке и пошел прочь, шелестя желто-красными кленовыми ладонями.

[...]
Начало
[2443] [ 2444 ] [ 2445 ] [ 2446 ] [ 2447 ] [ 2448 ] [ 2449 ] [ 2450 ] [ 2451 ] [ 2452 ] [ 2453 ] [ 2454 ] [ 2455 ] [ 2456 ] [ 2457 ] [ 2458 ] [ 2459 ] [ 2460 ] [ 2461 ] [ 2462 ]

Информация с сайта: pv-gazeta.dp.ua