Дом восходящего солнца
Аба Канский


Дом стоит на отлогом, довольно высоком западном берегу реки, другой берег - равнинный, а края равнины растворяются в мареве и туманах востока. За домом - сад, с цветущими вишнями, за садом - лес, глухой, молчаливый и сумрачный. Близ дома не проходит ни одна дорога, есть незаметные звериные тропки, но их мало кто умеет разглядеть и еще меньше - пробраться по ним.

На восток смотрит широкая застекленная веранда, Восходящее Солнце заливает ее нежарким светом, Утренняя Звезда, такая роскошная еще час назад, неохотно уступает свое первенство и прощается до следующего утра с Юной и Синеглазой. Юная и Синеглазая ждет, когда возвратится муж, вяжет толстый шерстяной носок, чему-то тихо улыбается, иногда прислушивается. Вместе с ней прислушивается огромная лохматая собака, но потом кладет голову на передние лапы и дремлет.

-Он скоро придет, - говорит Синеглазая, собака, в знак согласия, взглядывает поверх молчаливого белого рояля на стену, там тускло поблескивает охотничий карабин. Скорей бы вернулся хозяин: он снимет оружие со стены и они уйдут в труднопроходимую чащу векового леса, где прячется дичь - кабаны и медведи, рябчики и тетерева...

* * *

-Сыграй "Калину красную"!

Старый бродяга уже в сотый, наверное, раз прижимает к груди плоскую мандолину. Играет он с большим искусством, не в один голос, а в терцию, причем терции переливаются одна в другую без малейших шероховатостей.

-Эх-х-х!.. - с чувством вздыхает хозяин, опрокидывает в луженую глотку стопку злого самогона-первака, закусывает сначала кислой капустой, потом съедает холодную котлету.

-Ешь хотя бы, раз пить не можешь, - приказывает он бродяге и придвигает сковородку.

-Я могу. Но не хочу. Мне идти.

-Идти ему... Доживи до лета, замерзнешь на дороге! Кружишь бестолку, докружишься...

-Я не кружу.

-Не кружишь? Я тебя второй раз подбираю.

-Я ментов испугался. Свернул с дороги и заблудился. А мне надо на восток.

-Зачем?

Бродяга молчал.

-Работал бы у меня, играл на мандолине. Я тут сдохну без музыки.

Еще стопка, хозяин начинает привычно, заученно и яростно костерить бабскую породу, никому не делает ни малейшей поблажки. Видать, сильно доняла его та зловредная порода!.. Бродяга тихонько доедает котлету и к ругани своего кормильца и работодателя не присоединяется.

Прощаются утром. Раздерганный хозяин ворчит, зачем-то пинает старую табуретку, запихивает в котомку бродяги кусок сала, величиной едва ли не в четверть квадратного метра, бродяга возражает, но тот рявкает медведем, приходится покориться.

-За музыку. Ты больше заработал. Ну, катись. Спички не потеряй и не замочи, раззява.

Бродяга ушел. Шагал на сырой и тусклый мартовский восток, тосковал по солнцу. Зорко вглядывался в силуэты встречных и догоняющих автомобилей. Слух имел феноменальный, рев мотора слышал чуть ли не из-за горизонта и реагировал соответственно: на иной не обращал внимания, на шум другого тревожно замирал, иногда рысью бросался в сторону и прятался где-нибудь. И почти всегда мимо проносилась либо военная машина, либо автомобиль ГАИ или милиции, а то и вообще: из ненавистнейших ненавистнейшая - скорая помощь. Бродяга шипел ей вслед разные нехорошие слова и снова шел.

В деревнях и поселках просил по дворам посильной работы, а когда, чтоб отделаться, ему совали пятак или кусок хлеба - не брал, молча поворачивался и уходил. Почти всегда его окликали вновь и давали поработать на огороде или подмести перед домом. На ночлег устраивался довольно легко: просился, его, естественно, гнали прочь, тогда он доставал свою мандолину, играл и получал закуток с соломой в сарае или в баньке, а иногда даже и в пустой времянке.

А если ночь заставала на безлюдье и не удавалось соорудить костер, приходилось туго. Бродяга тихо брел - страшился упасть и поломать мандолину, присесть не решался: вдруг уснешь и замерзнешь? А еще хуже: подберет милицейская машина или машина скорой помощи. Этой, последней, напасти он боялся до оторопи.

Всхлипывал от безумной усталости, боли в ногах, тупой ломоты в озябшем теле, с упреком спрашивал у чернильного моря ночи:

-Когда же я дойду?.. Уже нет никаких сил... Ноги чугуном обросли...

Останавливался на несколько секунд, переводил дыхание и снова шел, шел, шел. Где-то там, далеко на Востоке ждал дом: Дом Восходящего Солнца, его дом...

Скачать полную версию

комментарии
Янис - 2008-10-26 19:19:41
книга прекрасная

[...]
Начало
[1336] [ 1337 ] [ 1338 ] [ 1339 ] [ 1340 ] [ 1341 ] [ 1342 ] [ 1343 ] [ 1344 ] [ 1345 ] [ 1346 ] [ 1347 ] [ 1348 ] [ 1349 ] [ 1350 ] [ 1351 ] [ 1352 ] [ 1353 ] [ 1354 ] [ 1355 ]

Информация с сайта: pv-gazeta.dp.ua